Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию

Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию

Л.В. Сморгунов

Miscellanea humanitaria philosоphiae. Очерки по философии и культуре. К 60-летию доктора Юрия Никифоровича Солонина. Серия «Мыслители», выпуск 5. СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2001. С.214-228

[214]

Сейчас можно с полным правом зафиксировать поворот исследователей политики в сторону политической философии. Это не значит, что обычный энтузиазм к научной стороне дела в Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию политическом зании исчезает. Быстрее идет речь о том. что совместно с этим поворотом можно констатировать суровую методологическую перестройку всего политического зания. Идет речь не только лишь о смене господствующих на прошлом шаге научных парадигм, а о новеньком прочтении роли методологии в политике. Критичное осмысление методологического кризиса в политической науке Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию и возврат к политической философии позволили поставить методологическую проблематику в плоскость решения вопроса о сущности политического. Методология оказалась не только лишь инвентарем конструирования научных понятий, да и самого политического мира. В этом соотношении политическая философия и наука перебегают от конфронтации к взаимовлиянию.

В политическом зании соотношение науки и философии обычно Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию решалось в 20-м веке на базе оппозиции фактуального и ценностного познания, познания о существующем и о должном. Нейтральность ученого противопоставлялась ангажированности философа, объективность зания выставлялась против личного представления, рациональность против вкуса. Попытка выстроить политическую науку, которая бы характеризовалась всеми атрибутами научного познания, рассматривалась как цель и метод институционализации новейшей проф Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию отрасли зания. Более ясно это проявилось в американской политической науке, которая во 2-ой половине нашего столетия стала рассматриваться в качестве парадигмальной и в европейском политическом зании. Чарльз Мерриам — классик американской политической науки — в 1923 г., констатировав упадок априорных раздумий по поводу политики, которые были свойственны для прошлых веков, гласил о Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию способности сотворения четкой науки о политике, которая базировалась бы на периодическом наблюдении и серьезном анализе: «Никогда не создавалось огромных способностей, чем сейчас, для четкого и научного зания процессов политического управления; и никогда не было большего рвения ученых к развитию беспристрастных и аналитических способов наблюдения за этими процессами и для Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию детализированного осознания природы законов, которые управляют ими и должны направлять их адаптацию и реконструкцию» [1].

[215]

Период господства в политическом зании научных методологий в 40 — 60-е годы (сначала бихевиорализма и структурного функционализма) характеризовался стойким убеждением в способности сотворения ценностно-нейтрального политического познания, основанного на принципах объективности, истинности, эмпиризма, верификации и Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию фальсификации, строгости, обоснованности, всеобщности. Политическая философия трактовалась как познание ценностное и нормативное и была оттеснена на периферию. Политическая философия, как считали политические ученые, привносила в исследование личные ориентации философа, ориентировала зание на то, чтоб гласить «о должном», а не «о фактичном». Вкупе с тем, отношение к политической философии в самой философии было Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию так же скептическим. Оно определялось, сначала, господствующим представлением, идущим от аналитического направления, согласно которому философ не должен высказывать оценочных суждений. Его задачка — не оценочные суждения, а установление значения понятий, аналитических истин, касающихся логических отношений меж понятиями нашего языка. Что все-таки касается оценочных (синтетических) суждений о добре Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию, зле, справедливости, свободе и т.д., то о их нельзя сказать настоящие они либо неверные. Научная философия занимается анализом моральных и политических суждений, но сама их не высказывает. Это — дело идеологов. Эти два происшествия — в политической науке и в философии — были внутренне взаимосвязаны; они охарактеризовывали одну и ту же Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию тенденцию — господство сциентистского склада ума. Обе тенденции характеризовались отрывом политической науки и философии от политической реальности, замыканием их на внутренних дилеммах зания, которое чем далее, тем больше ориентировалось на свои собственные интересы.

В 70-е годы кризис сциентистского миропонимания приводит, с одной стороны, к возрождению энтузиазма к политической философии, с Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию другой стороны, к попытке пересмотра научной методологии зания на базе сочетания тенденций, идущих от науки и от философии. Как отмечает Э. Сексонхаус, «в прошедшее уходят позитивизм и требования верификации как единственной философской установки в соц науках при возрождении нормативного дискурса в обществе, обеспокоенном угрозами, котороые таит внутри себя необузданное развитие Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию науки… Политические ученые в целом, и политические теоретики в особенности, не хотят больше некритически придерживаться неотклонимого различения факта и ценности, господствующего

[216]

в соц науках нескольких поколений…» [2]. В этой связи пересмотру подверглись вопросы статуса политической философии и философа в политике (обществе), соотношения высококачественной и количественной методологий, роли политического познания Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию в политике, соотношения политической науки и политической философии. Как итог, философия и наука открываются перед миром политическим, они становятся проницательными к его потребностям, врубаются в то, что можно обозначить или как процесс коммуникации, или как процесс дискурсивных практик. В теоретико-познавательном плане стирается острота постановки вопроса о факте и ценности, который в Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию истории политического (и всего общественного) зания породил огромное количество споров. Применительно к политическому занию в истинное верно просматривается тенденция снятия оппозиции философии и науки. Это проявляется в разработке критичной политической философии и науки, повышении гносеологического статуса категории «политическое событие» и в сближении теоретической составляющей политической науки с политической Политическая философия и наука: от конфронтации к взаимовлиянию философией. Данным темам и будет посвящена представленная статья.


politicheskaya-sistema-rossii.html
politicheskaya-sistema-uchebno-metodicheskij-kompleks-disciplini-teoriya-gosudarstva-i-prava-po-napravleniyu-podgotovki.html
politicheskaya-sistema.html